Have We Underestimated Kim Jong Un?

20 10 2017

Sputnik International - John Harrison(Sputnik International, Level Talk with John Harrison 13.10.2017) Dr. Leonid Petrov, a visiting Fellow in the College of Asia and the Pacific, at The Australian National University in Canberra joins the program and supplies a very different narrative from that of the mainstream media.

Dr. Petrov starts the program by stating that at the present time there seem to be no negotiations taking place. “Even when US Secretary of State Tillerson tried to enter into discussions with Jong Un, President Trump dismissed such attempts as being a waste of time. Attempts at dialogue finished in 2008 when the ‘6 Party Talks’ ended… I never thought that format was going to be a success because there were simply too many parties to come to a sensible agreement.”

The Obama administration did not wish to negotiate with N. Korea, Dr. Petrov says. “Obama refused to negotiate, preferring to wait until N. Korea falls to bits. There was nevertheless an attempt to negotiate, which led to an agreement, in February 2012 between Washington and Pyongyang. They basically agreed to improve bilateral relations, not only in terms of politician and diplomatic channels, but also in sports, academic, and humanitarian channels. But when N. Korea launched a rocket to celebrate the anniversary of Kim Il-Sung, Kim Jong Un’s late grandfather, this deal was torpedoed as in firing this missile, N. Korea violated a UN agreement….If the Americans had been more sensitive to the fact that this happened during the first year in power of Kim Jong Un, the present situation would be very different.”

The underlying narrative that the West holds that Kim Jong Un is some kind of psychotic dictator is discussed. As Dr. Petrov points out that there is a real problem, as nobody wants to understand Kim Jong Un’s points of view: “Nobody talks to Kim Jong Un. China doesn’t like him. He was invited to Moscow for the 70th anniversary of the defeat of Nazi Germany. Kim Jong Un agreed initially but then refused after Obama and Merkel indicated that they would visit….Can you imagine the main Korean newspaper showing the Greatest of All Leaders standing next to other Heads of States. He has to constantly bolster his position through launches of ballistic missiles of different ranges. His attitude towards foreigners is that they should come to Pyongyang and kowtow and negotiate. But they refuse to do so.”

Understanding Kim Jong Un’s position, means understanding the legacy of colonialism in the region. Dr. Petrov explains: “N. Korea itself is a remnant of Cold War confrontation, and it is not just North and South Korea which is divided, but the whole of the region. There are no peace treaties, there are territorial disputes about international borders; some countries refuse to recognize each other, even though they have been represented in the UN for the last half century. What happened between North and South Korea is often recognized as a continuing war which started even before N. Korea attacked the South in 1950. Korea did not exist for 35 or 36 years when it was under Japanese colonial rule at the beginning of the 20th century; Japan was not only a problem for the Koreans but for the Chinese as well and there was an intention to unify [by Japan] the region against westerners. Now what North Koreas are doing is an attempt to replicate the Japanese Imperial Culture, when Japan was projecting itself as the leading force against western imperialism in the region. N. Korea is projecting itself as the bulwark of freedom and democracy against [what it perceives] western corrupt militaristic intentions to rule the world. We see that even Marxism-Leninism didn’t survive in N. Korea and was replaced by the so called ‘Juche’ self-reliance ideology which basically insists that N. Korea give up any attempt to integrate into the world economic system. N. Korea survived the collapse of the communist bloc, and did not suffer from the global, financial or Asian financial crises.”

As regards how the problem should be solved, Dr. Petrov suggests that we, the West should stop deceiving itself, and see that a country which has developed a nuclear weapon cannot undo its scientific progress. “Even if N. Korea were to dismantle its weapons it would be impossible to verify that N. Korea doesn’t have hidden away in the mountains somewhere a device or two, or a blueprint of a bomb with a couple of scientists who could recreate it within weeks. The only solution to this is what N. Korea is suggesting — a nuclear free world. This of course is impossible, but what the N. Korean leadership is suggesting is a comprehensive ban on nuclear warhead testing….They learnt the lesson of Libya; they understand that only with strong military deterrence they can ensure the survival of their regime. This is the most important thing for Kim Jong Un and his family and the 10,000 families around him who are loyal and supportive of the regime.”

I believe Kim Jong Un is a gift to President Trump, every time he launches something, people get distracted from what is going on in Washington DC….N. Korea and the US are locked into inter-dependence. The US needs a paper tiger. N. Korea is a small country which has nuclear weapons which cannot yet be mounted on rockets, but which definitely pose a threat to S. Korea, and other allies of the US, including Australia, who now feel the need to buy more sophisticated weapons to protect themselves against N. Korea, and the US is very willing to offer these very expensive and sophisticated anti-missile systems. ”

We appear to have underestimated Kim Jong Sun, probably we have never really tried. “The leaders of the countries that surround N. Korea all need Kim Jong Un for one reason or another; Kim Jong Un is keeping the show going. The region is paranoid, the region is really insecure, the region constantly lives in fear of war, and everyone understands that if there is a major shift in the balance of threat in N. Korea, it would open the gates to a tsunami of changes which may lead to a major shift in the balance of power, not only on the Korean peninsula but between China and Russia and the United States, which might start competing for geopolitical influence in the region.”

Listen to the full interview here…

If China falls out with North Korea, then Russia will step in

27 04 2017

Pyongyang-MoscowKirsty Needham (Sydney Morning Herlad, Beijing, 24 APRIL 2017)

Chinese President Xi Jinping has told his US counterpart Donald Trump that Beijing opposes any action on the Korean Peninsula that goes against UN Security Council resolutions.

The phone call between the two leaders came as Chinese media reported on a rift between Beijing and Pyongyang, with North Korean state media criticising China as “dancing to the tune of the US”…

The US has repeatedly urged China to use its economic clout to put pressure on North Korea to abandon its nuclear program, warning that if China cannot produce a solution, the US may act alone.

Mr Xi told Mr Trump the international situation was changing rapidly and it was important the US and China maintain close contact, Chinese state media reported.

“Xi Jinping stressed that China is firmly against any behaviours that violate the UN Security Council’s resolution, at the same time it hopes all parties concerned maintain restraint, avoid doing anything intensifying the peninsula situation,” CCTV reported.

Asked about the North Korean media attack, a Chinese Foreign Ministry spokesman said: “China’s position is consistent and clear and the relevant party should be very clear about that.”

Chinese experts are saying cutting oil would be the toughest sanction China could impose – it was last done in 2003 for just three days.

North Korea’s mining industry would be severely hit if China cut energy supply to the regime.

The front page of North Korea’s Rodong Sinmun newspaper on Monday praised the DPRK’s mining industry as self-reliant, exceeding capacity and “smashing the enemies’ sanctions”.

Kim Jong-un sent congratulations to a magnesite mine – a mineral that is exempt from UN sanctions. North Korea has the world’s second largest deposits of magnesite, a raw material listed as “critical” by the US and the European Union and a key component in smartphones and aircraft. China has the world’s largest deposits.

Leonid Petrov, an ANU fellow, says China is buying other rare earth minerals that are vital for high-technology products at half price from North Korea. He says if relations between Pyongyang and Beijing continue to deteriorate, Pyongyang could cut off sales to China and find new export markets elsewhere.

“If China falls out with North Korea, then Russia will step in. North Korea allows China and Russia to compete for concessions and ports and fishing,” he said.

See the full article here…

Kim Jong Un, out of sight for 37 days, is a no-show at ceremony

11 10 2014

North Koreans on 10.10.2014 (By STEVEN BOROWIEC, Seoul, 10 October 2014) Speculation over the health and whereabouts of North Korean leader Kim Jong Un grew Friday after he apparently did not attend ceremonies marking an important national holiday. The young head of the reclusive country has not appeared in public since he was seen at a concert Sept. 3.

Oct. 10 is the anniversary of the ruling North Korean Workers’ Party, and in his first two years in power, Kim marked the occasion by making midnight visits to the mausoleum in the capital, Pyongyang, where the bodies of his father and grandfather, both former leaders, are kept in state.

But in its reports on the holiday, the state-run Korean Central News Agency did not make any mention of Kim, believed to be 31, participating in events. He also missed a celebration for Foundation Day on Sept. 9, another important holiday on the North Korean calendar.

“Today was a crucial day for him to return. More and more questions are mounting and his absence inevitably leads to uncertainty about who’s leading the country,” said Leonid Petrov, a researcher in Korean studies at Australian National University.

Kim is overweight and has become noticeably heavier since he came to power in December 2011. He is a smoker and reputedly has tastes for liquor and high-calorie food.

Earlier this year, he was filmed walking with a noticeable limp at a state function, and in a rare admission of vulnerability, North Korea’s official media reported in late September that he was struggling with unspecified physical “discomfort.”

On Friday, an unnamed source told Reuters that a leg injury was keeping Kim out of public view. The source said Kim pulled a tendon after joining a military drill he had been inspecting.

On Oct. 4, a delegation of senior North Korean figures, believed to be the most powerful officials in the country after Kim, made an unexpected visit to South Korea to attend the closing ceremony of the Asian Games. They borrowed Kim’s plane for the trip, and Kim’s regards were reportedly conveyed to South Korean President Park Geun-hye. Analysts have said that in North Korea’s totalitarian system, such a trip could not have gone ahead without the top leader’s approval.

Though Kim is young and far less experienced than the men of his father’s generation who make up the government’s top ranks, he has the unmatchable legitimacy of being part of the ruling Kim bloodline as grandson to founding leader Kim Il Sung.

His uncle by marriage, Jang Song-thaek, was widely considered North Korea’s second most powerful figure and a possible threat to Kim’s control, until Jang was suddenly purged and executed last year. Jang’s ouster was carried out in an unusually visible manner, with him being handcuffed and dragged out of a large meeting, possibly as an implicit warning to anyone else in North Korea with ambitions of building power to challenge Kim’s control of the country.

Though Kim’s prolonged absence has spurred rumors of a power struggle in Pyongyang, there is no clear sign that a serious challenge to his rule has emerged. On Friday, South Korea’s Ministry of Unification, its body for relations with the North, said in a briefing that, according to the South Korean government’s intelligence, Kim’s rule has not been disrupted.

“There’s no sign of any political upheaval in Pyongyang. Just the opposite, all the evidence shows that things are going along normally,” said John Delury, a North Korea watcher at Yonsei University in Seoul.

Still, the extended absence is out of character for Kim, who has been a highly visible leader whose moves are usually closely reported in the North Korean state media. “This is very unusual for Kim Jong Un, as he’s been this hyperactive young leader who tries to show that he’s involved in everything that’s going on,” said Adam Cathcart, a lecturer of East Asian history at the University of Leeds.

Though Kim’s absence is unusual for him, it’s not unheard of in the history of North Korea’s ruling dynasty. His father, Kim Jong Il, who died in late 2011, regularly did not appear in public for months at a time, often due to his deteriorating health.

Also Friday, South Korea’s military announced that North Korea fired machine guns at activists in South Korea who were releasing balloons filled with propaganda leaflets over the border.

A source in the South Korean military, speaking by telephone on condition of anonymity, said no casualties or damage occurred, and that the South did not return fire but fired warning shots and broadcast a message over loudspeakers imploring the North to refrain from firing.

The balloons are usually filled with leaflets critical of the North Korean government, as well as socks and chocolate snacks. Pyongyang routinely objects to such criticism, and has recently called on the South Korean government to take action to prevent the activists, often North Korean refugees, from sending the balloons. Seoul has responded that it cannot prevent the release of the leaflets because they represent free speech.

Кто разжигает новую войну на Корейском полуострове?

14 06 2009

Ещё пару недель назад, когда меня спрашивали о том, возможна ли новая война на Корейском полуострове, я уверенно отвечал: “Нет, не возможна. Ведь на таком густонаселённом и открытом со всех сторон для внешних вторжений участке земли нет смысла воевать — разрушения и жертвы, какими бы они не были чудовищными, не позволят одной или другой стороне воспользоваться плодами победы. Всё в конечном итоге вернётся к статусу кво и без нормального переговорного процесса конфликт разрешен не будет”. 

Но наблюдая за развитием событий, уверенности у меня убваляется с каждым днём. Дело явно идёт к открытому военному конфликту. Соседи на севере и юге, западе и востоке от Кореи с интересом наблюдают за тем, как нарастает напряжение в идеологическом споре, который вот уже шесть десятилетий остётся неразрешенным. Глупые политики и маньяки-милитаристы уже подсчитывают все плюсы и минусы от нового столкновения. Их мало волнует, что в огне войны гореть будут ни в чём неповинные граждане, женщины, дети, не имеющие никакого отношения к принимаемым решениям. В этом заключается преступный характер милитаризма любой страны. 

Многие полагают, что война уже давно началась (или вернее не заканчивалась) и мирные люди “уже горят”, страдая от санкций, голода и болезней. Причём каждая сторона винит в этом друг друга, а за одно и внешних врагов. Да, это действительно так, только корнем проблемы являются не коварные козни заокеанских злопыхателей, а бездарность собственных правителей. Неумение и нежелание руководителей Северной Коереи наладить нормальную жизнь у себя дома (когда люди не голодают, не мёрзнут и могут распоряжаться своей жизнью сами, а не по указке Вождя) усугубляется глупостью и жадностью тех правительств Южной Кореи, которые сводят на нет любые усилия своих граждан, направленные на примирение и сотрудничество с Севером…  

Read the rest of this entry »

По Ким звонит колокол

12 06 2009

Игорь Прокопьев, Русский Newsweek (08.06.2009)

Смена власти в КНДР приведет либо к катастрофе, либо к сохранению статус-кво. Мало кто верит в реформы

…Как и многие диктаторы, Ким Чен Ир сознательно отбраковывал всех, кто демонстрировал лидерские качества – боялся конкурентов. В итоге лидеры в дефиците. «Когда вождь умирает, остается много вторых номеров, которые не готовы стать номером один. Какое-то время они правят вместе, а потом начинается борьба за власть», – рисует возможный сценарий Асмолов. Так, напоминает он, было после смерти Сталина и Мао.

Но Северная Корея – не СССР и не Китай. В такой маленькой и изолированной стране сценарии сверхдержав могут и не сработать. Собственно, они уже однажды не сработали – когда Ким Ир Сен объявил преемником своего сына Ким Чен Ира. Основателю династии тогда перевалило за шестьдесят. В 2002 году, когда шестьдесят исполнилось Киму Второму, все ожидали, что он назначит Кима Третьего, выбрав на эту роль одного из своих сыновей – старшего Ким Чон Нама, среднего Ким Чон Чхоля или младшего Ким Чон Уна. Но тогда этого не произошло. Сейчас тоже непонятно, материализуется ли информация южнокорейской разведки в конкретных решениях Пхеньяна.

Эксперты говорят, что Ким Третий должен обладать хваткой эффективного кризис-менеджера. Но дети Кима не обладают ни аппаратным весом, ни управленческим опытом. Младшему и среднему сыну еще не исполнилось тридцати. Старшему – 38, но считается, что он попал в немилость после неудачной поездки в Японию по подложным документам.

Поэтому наиболее вероятным, по мнению экспертов, будет сценарий, при котором один из сыновей станет номинальным руководителем, а у руля встанет коллективный орган вроде советского политбюро. «Сегодня в КНДР есть три властные группы, которые координируются из одного центра. Семья Кима – несколько сот человек. Трудовая партия Кореи (ТПК) – старые соратники Ким Ир Сена и их родственники. И силовики – армия и госбезопасность», – говорит кореист Леонид Петров из Национального университета Австралии.

По его словам, Ким Чон Чхоль (средний сын) недавно был назначен одним из секретарей ЦК Трудовой партии Кореи, но активности не проявлял. Ким Чон Ун (младший) учился в Берне, был под опекой посла в Швейцарии, который выдавал его за собственного сына и везде с ним ездил. Сын не очень здоров, но на данный момент – фаворит отца. «Считается, что еще в начале января отец написал в ТПК письмо с предложением рассматривать Уна как наследника, – продолжает Петров. – Ожидалось, что в феврале-марте его кандидатуру представят на выборы в Верховное народное собрание. Однако в списках не оказалось ни сына, ни отца».

Петров говорит, что Ун – самая подходящая фигура. Если назначить генерала или другого родственника, начнется борьба за власть. Ун самый младший в семье, и согласно конфуцианским традициям – которые несмотря на десятилетия коммунизма сильны в Северной Корее, – он не может пойти наперекор старшим родственникам. Считается, что Ун был изолирован от чьих-либо влияний, так как сначала жил за границей, а потом – в золотой клетке – во дворце в Пхеньяне.

Очевидно, что у детей Кима, обучавшихся на Западе, совсем другой жизненный опыт, чем у отца и дедушки. Но, по словам Майкла Брина, все трое – весьма заурядные, нехаризматичные личности. Отец – другое дело, он способен на неординарные поступки. «После смерти Ким Ир Сена все думали, что его сын откроет страну для всего мира», – говорит Майкл Брин. С детьми таких ожиданий пока никто не связывает.

Ким Первый объявил Ким Чен Ира своим наследником за двадцать лет до своей кончины. Но хотя все знали, что он станет новым руководителем, ему потребовалось три года после прихода к власти, чтобы подчинить себе аппарат и заручиться поддержкой всех группировок. Только тогда он почувствовал себя в безопасности. А потенциальные соперники у него были. «У Ким Ир Сена было две семьи: Ким Чен Ир от первого брака и куча детей от второго, и они тоже хотели власти», – объясняет Леонид Петров…

См. весь текст здесь…

“А вот интересно… если Северная Корея сейчас возьмет да признает независимость Абхазии?”

2 06 2009

Владимир Милов считает, что политика россйского МИДа по отношению к КНДР провалилась:
"Россия и Китай, прежде тормозившие принятие жестких решений по ядерной проблеме КНДР, сейчас с чего-то вдруг резко забеспокоились. Сегодня Лавров говорил по телефону с китайским министром иностранных дел, по итогам разговора было выражено "общее мнение о необходимости убедительного ответа со стороны Совбеза о недопустимости игнорирования решения СБ ООН и требований глобальных режимов нераспространения ОМУ".
Можете сравнить сегодняшнюю довольно жесткую риторику с МИДовскими соплями 6-летней давности: о необходимости "рассматривать «северокорейское досье» в неконфронтационном ключе", о том что "об оказании санкционного нажима на Пхеньян или принятии каких-либо иных ограничительных мер в отношении КНДР речи не шло", "что этот вопрос в нынешних условиях не должен стоять в повестке дня СБ ООН", и что "Россия расценила передачу северокорейского вопроса в СБ ООН преждевременным шагом". Господа из МИДа, конечно, ни за что не признаются, что их северокорейская политика провалилась."

Одна из читательниц его блога резонно задаёт вопрос: "А вот интересно… если Северная Корея сейчас возьмет да признает независимость Абхазии – какой будет позиция Лаврова?"

См. всю дискуссию здесь…

Ким Чен Ир назначил своего младшего сына Ким Чен Уна своим преемником

2 06 2009

Леонид Петров для Radio BBC (2 июня 2009 г.)

Ким Чен Ир таки назначил своего младшего сына Ким Чен Уна своим преемником можно по-разному. Как я уже говорил ранее, дыма без огня не бывает. Дело не в источнике (южнокорейское National Intelligence Service (NIS) старается слов на ветер не бросать), а в логике событий и выборе кандидата. Итак, почему именно Ким Чен Ун?

Наследником КЧИ станет именно его младший сын (а не старшие дети, не молодая жена, не младший брат и не шурин) потому, что никто ничего реально о КЧУ не знает. Ни в самой Северной Корее, ни тем более за её пределами. Из его имени можно слепить всё что угодно, включая нового гениея трёх революций, бесстрашного реформатора, ревностного защитника традиций и т.д. Важно кто будет лепить.

Для КЧИ безопасней всего назначить в преемники члена своей семьи, но такого который был бы наиболее послушным, не имел бы близких контактов с внешними силами (партией, армией, госбезопасностью) и был бы независим от других членов семьи (близкие родественники Ким Ир Сена, дети рождённые от второй жены КИС, дети рождённые от других жён КЧИ), заинтересованных в наследстве и наследовании титула Вождя. Ким Чен Ун здесь подходит как нельзя лучше.

С точки зрения ближайшего окружения КЧИ из числа различных властных группировок (партии, армии, госбезопастности и семьи), которые сейчас опекают и возможно принимают решения за КЧИ, самый безопасный преемник тот, который не связан ни с одной из них, слаб и управляем. Другими словами – марионетка. Понятно, что никто из старших детей или сводных братьев и сестёр КЧИ не согласится быть марионеткой. Ким Чен Ун, учитывая его молодость, болезненность и зависимость от воли отца, и здесь является самым подходящим кандидатом.

Независимо от того, как долго проживёт ещё КЧИ и будет ли он активно участвовать в государственных делах, решения от его имени могут приниматься на благо заинтересованных лиц и групп с учётом перехода власти к новой фигуре, не имеющей личных амбиций и рычагов управления страной. Даже если Ким Чен Ун и натореет в искусстве управления и захочет проводить собственную политику, произойдёт это нескоро. Да и опека в лице партии, армии, госбезопасности и семьи не дадут ему развернуться в полную силу (как, собственно, это и произошло с самим КЧИ до начала 1990-х).        

Севеная Корея, таким образом, получит своего царевича Дмитрия Углицкого, который будет царить при помощи "регентского совета", а при надобности может быть отправлен им на свежий воздух в Мёхянсан, от куда и продолжит своё правление до тех пор пока в нём будут нуждаться. Что будет всё это время происходить со страной, остаётся лишь догадываться. Однако наступление "смутного времени" будет отсрочено и стабильность, которая так нужна режиму, будет сохранена.  

Вот почему Ким Чен Ун является самой оптимальной фигурой на роль преемника Ким Чен Ира для его смены на посту в 2012 г.  

Ким Чен Ир выбрал себе наследника

"…Комментируя в беседе с «НГ» выдвижение Ким Чен Уна, руководитель Центра корейских исследований ИДВ РАН Александр Жебин отметил, что окончательных данных, подтверждающих эти сообщения, нет. Но если они верны, то это значит, что последние акции КНДР в ракетно-ядерной сфере в значительной мере объясняются внутриполитическим положением. В Корее, в течение нескольких веков находившейся под сюзеренитетом Китая, до сих пор сильны конфуцианские традиции. А эти традиции требуют, чтобы провозглашение наследника сопровождалось яркими жестами, подарками народу. В Древнем Китае и Корее люди ждали при выдвижении нового правителя добрых знаков неба, освобождения от налогов, амнистии…"

Весь текст здесь… http://www.ng.ru/world/2009-06-03/1_kimchenir.html

О возможной связи ядерных испытаний в КНДР и мировых ценах на нефть

1 06 2009

В своём последнем обзоре Юлия Латынина верно оценивает происходящее в КНДР, но рискует попасть в просак, ища связи между ядерными испытаниями и ценами на нефть. Много неточностей и ошибок и по другим пунктам.

"…Северная Корея – это государство-маньяк. Но, может быть, это – наш маньяк?

Увы. Северная Корея по количеству оскорблений, нанесенных России, стоит на втором месте после Южной Осетии.

Северная Корея взорвала ядерную бомбу менее чем в трехстах км. от Владивостока – может, она нас предупредила? Представляете себе, что было б, если бы США без предупреждения взорвали ядерную бомбу в трех сотнях километров от российского города-миллионера? Российский МИД изошел бы дерьмом и был бы совершенно прав.

Северная Корея без предупреждения испытывает ракеты, обломки которых падают на нашу территорию. Вы представляете себе, что было б, если бы на нашу территорию без предупреждения упали обломки… хотя бы китайской ракеты?

Северная Корея захватывает наши суда в водах, которые она (одна во всем мире) считает своими территориальными водами, и МИД по обыкновению молчит. Несколько лет назад Ким Чен Ир пообещал Путину ядерное разоружение, а потом сказал, что пошутил.

Нет, извините, это – сукин сын, и это – не наш сукин сын.

Вопрос: выгодна ли России политика Северной Кореи?

Ответ: Россия как член клуба ядерных держав стратегически не заинтересована в расширении этого членства.

Вопрос: выгодна ли политика Северной Кореи компании Gunvor?

Ответ: Да, компании Gunvor и любому нефте- и газоторговцу выгодна политика государства-маньяка, потому что она повышает цену на нефть.

В истории России бывали безумные цари, бывали блаженные, но не было еще в истории России примера, чтобы бенефициарами ее внешней политики являлись швейцарские нефтетрейдеры…."

Весь текст здесь…

Разбор и обсуждение статьи здесь… http://mininuke.livejournal.com/54315.html


1 06 2009

Власти КНДР дали людям вздохнуть, а потом перекрыли кислород. Поэтому им надо бояться не войны, а собственного народа.

Леонид Петров для журнала Русский Newsweek №22 (244), 1-7 июня 2009 года

За последние несколько лет Пхеньян стал совсем другим. Центральные улицы хорошо освещены по ночам, а многоэтажные здания покрашены в непривычно яркие цвета. Работает общественный транспорт, и даже незавершенный памятник социалистической архитектуры – 105-ти этажная гостиница Рюген – теперь одета в тысячи квадратных метров тонированного стекла. Повсюду царит чистота и порядок, по дорогам ездят новые автомобили, а по тротуарам снуют прохожие с мобильными телефонами в руках.

Тем не менее, город остаётся столицей беднейшей страны Северовосточной Азии – самого динамично развивающегося вот уже полвека региона мира. Власти Северной Кореи продолжают проводить политику самоизоляции "Чучхе" и приоритета армии "Сонгун". Результаты налицо – десятилетие назад, обрушившиеся на страну голод и стихийные бедствия стоили жизни нескольким миллионам северных корейцев. Отсутствие лекарств, плохое питание и недостаток энегии превратили целое поколение в инвалидов и дистрофиков. В 2002ом году после полувекового запрета власти разрешили торговлю на рынках.

Read the rest of this entry »

Что же произошло в Северной Корее?

1 06 2009

Блогер Дмитрий Лытов разбирается в том, что же на самом деле могло произойти в КНДР, что заставило её руководство уже сейчас пойти на шаги, которые от них ожидались не раньше чем через год.

"…Рассмотрим ещё раз версию Ланькова. И Ланьков, и Асмолов, и многие другие кореисты сходятся в том, что последний год для экономики КНДР был благоприятен. Настолько, что правительство всерьёз решило свернуть начавший было расцветать рынок и вернуть страну к карточкам. Правда, подобные меры в целом провалились из-за тихого саботажа на местах.

Отсюда закономерный вопрос: почему тогда такой громкий шум и необычно резкий тон? Почему деньги понадобились именно сейчас, когда экономика хороша как никогда?

Мне думается, что потребность в деньгах резко возросла не вопреки, а как раз вследствие улучшений в экономике. Основной причиной этой парадоксальной зависимости мне видится иерархичность общества корейского в целом и северокорейского – в особенности.

Иерархичность предполагает, что каждый начальник должен жить лучше, чем подчинённый. Если у Самого Главного есть Интернет, то у Очень Главного – Интернет по разрешению. Если у Очень Большого есть холодильник, то у Не Очень Большого – в качестве особого поощрения, а Просто Большой может обойтись и без холодильника. И так далее.

Ещё лет пять тому назад холодильник для большинства северных корейцев был чем-то вроде «Роллс-Ройса» для советских жителей. Сейчас же он скорее сопоставим для них с плазменным телевизором: тоже предмет исключительной роскоши, но по крайней мере более достижимой, чем «Роллс-Ройс».

За последние лет пять (может, и больше) представления северных корейцев об уровне достатка претерпели изменения благодаря активизировавшейся торговле северных районов с Китаем. При этом большинство торговцев происходят из тех слоёв северокорейского населения, которые не имели отношения к партийной элите. Партийцам-то зачем заниматься торговлей, рискуя положением – они и так по карточкам неплохо отоваривались. Ещё одна примета времени – северные районы КНДР раньше были самыми бедными и отсталыми, сейчас же они неплохо приподнялись на торговле, из-за чего стали роптать пхеньянцы – самый привилегированный слой.

Разумеется, в данном случае включился естественный механизм перераспределения под названием «взятка» или «подношение». Приподнимается кто-то мелкий – от него перепадает его непосредственной крыше (начальнику), от того идёт кусок повыше, от того – ещё выше и так далее. Система тотального контроля в КНДР именно в данном случае срабатывает на диво хорошо. Зачем резать курицу, несущую золотые яйца, в смысле – зачем сажать торговцев, если они могут долго кормить несколько уровней начальников повыше?

Казалось бы, всё остаётся по-прежнему, богатеют низы – богатеют и верхи, а в целом иерархическая система сохраняется. Ан нет. Проблемой для верхов является то, что теперь двигателями распределения являются не только верхи, но и низы. Пхеньян по-прежнему во многом контролирует распределение продуктов питания. Но инициатива в распределении предметов роскоши – одного из символов власти – во многом перешла к низам, и вот это является источником серьёзного беспокойства для верхов…"

Весь текст здесь…